Мнение Натальи Ревякиной. Что шокировало в Киеве переселенку из Севастополя

Getting your Trinity Audio player ready...

42_big

Киевское издание LB.ua опубликовало колонку Натали Ревякиной о том, что ее удивило и шокировало после переезда из Севастополя в Киев. Приводим текст этой колонки полностью:

Весной 2014 года мы с мужем и сыном переехали в Киев в связи с оккупацией Крыма. До этого времени в Киев приезжала только как турист, пару месяцев жила тут, когда работала над кандидатской. Потому оценить в полной мере жизнь в столице смогла только сейчас, прожив здесь два года.

Когда приехали в Киев, мы были счастливы, что вырвались из Крыма, несмотря на то, что вырывались с корнями из собственного дома. Безумно радовали украинские флаги, украинский язык без косых взглядов, добрые и отзывчивые люди, высаженные жильцами клумбы (одни сажают, другие выкапывают, первые снова сажают – клуб «Неутомимый Сизиф») и множество велосипедистов всех возрастов. Но были вещи, которые удивляли и даже шокировали.

1. Побирающиеся.

Не то, чтобы в Севастополе нет бомжей и нуждающихся, но вот чтобы настолько часто к мусорными контейнерам подходили буквально по очереди люди с пакетами, мешками и тележками в попытках что-то отыскать – такого я раньше не видела. У них своя параллельная жизнь, свои правила, свои разговоры.

Идея для стартапа: нанимаем на работу этих людей, и за минимальные средства происходит сортировка мусора и доставка его в любое место для последующей переработки.

2. Собачьи экскременты даже на тротуарах.

Очень сильное впечатление произвели на меня обочины дорог, газоны и вся придомовая территория после того, как растаял снег. Такое ощущение, что ночью тайно вывели всех собак и дружно заставили ходить по нужде. Любой родитель знает то чувство, когда ребенок бежит по траве и прибегает с грязными, вонючими ботинками и криками: «Мамаська, какаська, какаська!». Опять же, в Севастополе тоже собаки живут, и не скажу, что наблюдала там толпы убирающих, но то ли собак меньше, то ли убирающих за ними больше, то ли просто тамошние собаки меньше едят.

3. Ужасный транспорт.

Это не про метро, метро – прекрасно. Это про маршрутки. Более старых, грязных, гремящих, дорогих, неудобных во всех смыслах, медленно едущих или вообще не приезжающих по часу маршрутных такси (такси? серьезно?) я не видела ни в одном городе. Зачем они вообще в таком виде, в котором они сейчас? В Севастополе маршрутки называются «топики» (даже не спрашивайте, почему), платят за проезд на выходе (позвольте, но это куда удобнее, нежели вот это «передайте на два» с тыканьем в плечо и постоянно отвлекающийся за рулем водитель), они были быстры, комфортны и удобны в основной своей массе (были).

4. Мусоросвалка.

Параллельно трассе на Вышгород прямо у спуска к заливу Верблюд огромная территория со всякого рода мусором и отходами. С этих шин, мазута с песком и хлама начинается лес и через эти отходы ведет дорога к заливу. Видны следы экскаваторов и грузовиков, насыпи отходов разравниваются, сдвигая и распространяя территорию мусорного пустыря прямо на лес.

5. Мамы с пивом.

Регулярно наблюдаю мам, спокойно пьющих пиво на детской площадке. Дети играют – мамы выпивают. В Севастополе меня возмущало, что подростки могут прийти с пивом, но чтобы мамы, поправив шапочку ребенку, брались за бутылку – это дикость. Здесь же вполне стандартная ситуация, к сожалению. Непонятно то, что такой повсеместный вид  времяпрепровождения родителей во время прогулок с детьми не вызывает никакого когнитивного диссонанса у общественности. Думаю, что остальные жители настолько корректны, что не позволяют себе даже возмутиться увиденным. Замечу, что от площадки к площадке ситуация не сильно меняется, хотя может это звезды не так сошлись над Оболонским районом, или же соседство с пивзаводом и футбольным стадионом влияет.

6. Язык.

Наш сын начал говорить, когда мы сели в поезд, (тогда еще ходили поезда Киев-Севастополь и если бы мне кто-то сказал, что через полгода этого не будет, то я б не поверила) и разговорился уже в Киеве. Родной язык у него украинский, потому что разговаривал он преимущественно с мамой, т.е. со мной, а я с ним только на украинском. И когда мы пошли в детский сад, то наша «зірочка» превратилась в «звездочку» и местами даже в «звіздочку».

Забираю его после сада, идем разговариваем:

— Мам, а в садочку Софійка чомусь сказала мені «спасибо».

— А що повинна була сказати?

— «Дякую».

— А хтось розмовляє українською у вас в групі?

— Ну так.

— Хто?

— Я.

И вот это совсем не смешно. Проблема есть прежде всего в дифференциации языков. На данный момент у нас большинство детей не билингвы, а недолингвы. Но это уже совсем другая история.

7. Транспортная недвижимость.

Идешь «по раёну» и в каждом квартале встречаешь по 3 штуки  шикарных авто, шины которых слились с асфальтом в едином порыве и уже даже поросли мхом. Вот это загадка до сих пор: это такой высокий уровень жизни, что люди «забывают» свой автомобиль на улице? Или повально мрут те, у кого нет наследников и никого, кому мог бы понадобиться автомобиль? Что это за «вечная стоянка»? Аренда места внукам? Почему не забирают коммунальные службы города — понятно, но почему машины не нужны собственникам? Нет денег на бензин? Почему не продать? В общем, тайна Бермудского треугольника – это так, секретик, по сравнению с тайной киевских автопамятников.

8. Снег.

В Киеве зимой есть снег. Причем его так много, что приходится даже убирать, и уборка снега становится чуть ли не главной составляющей успешности мэра: насколько он эффективно справился с задачей. В Севастополе снега не бывает. Точнее, если он с утра выпадает, то к вечеру уже вряд ли снежками поиграешь, поэтому снежколепы у нас не продаются. И если вечером выпадает снег, то можно увидеть множество детей, когда давно уже пора спать, играющими на улице и катающимися на санках, потому как к утру снега скорее всего уже не будет. По этой же причине при первом удачном случае дамы, у которых имеется в арсенале шуба, срочно идут ее выгуливать, иначе может больше не повезти, и за всю зиму так и не оденешь. В Киеве же шуба хороша. Она здесь нужна, полезна, и моль не успевает ее съедать между выгулами.

9. Речка.

А еще, оказалось, что река – это совсем не море. Это очень грустно, когда твой ребенок называет речку морем. И грустно, что не видно своих ног, когда в нее заходишь. И рыбы в ней всё меньше, а рыбаков всё больше. А в Севастополе… а в Севастополе море. И мы все по нему скучаем.

10. Рыбная ловля.

Муж еще передает, что в шоке от способа ловли рыбы. По скайпу рассказывает севастопольским друзьям-рыбакам про диво дивное, вот уж эти киевляне чего выдумали, ловят рыбу не на леску, а на «стальку» — она тонкая, прочная и не растягивается, рыба клюет и малейшее движение поплавка сразу ощутимо. И себе обзавелся изысками, теперь ловит рыбу речную. А раньше устрицы мне выискивал. Да, в Черном море есть устрицы. Не верите? Когда-нибудь поедем, лучше на поезде, и я вас угощу… только обязательно с белым крымским мускатом и свежим багетом. Не забывайте.


Подписывайтесь на нашу страничку в facebook